Константин Крылов (krylov) wrote in avesta_ru,
Константин Крылов
krylov
avesta_ru

Интересный текст

Романа Богдасарова (православного традиционалиста) на "зороастрийскую тему". Конечно, не без традиционалистских же толкований, но это уж как водится.


Оригинал опубликован в альбоме: Бондаренко В.А., Худяков К.В., Багдасаров
Р.В. Предстояние. Деисис. М.: Военный Парад, 2004.
Исключительное право на интернет-публикацию эссе предоставлено комьюнити
Авеста-ру.
См. также www.deisis.ru



РЕСТАВРАТОР

(ЗАРАТУШТРА)



Рождение Сына Божия от непорочной Девы вылилось в большую новость для иудеев. Религиозная общественность за пределами Израиля, напротив, к этому событию готовилась. Иначе один из самых известных сюжетов Рождества не имеет почвы. Марию и младенца Иисуса почтили пришедшие с Востока маги. Потомками трёх сыновей Ноя называет их святочная легенда. В лице магов родившегося Спасителя приветствуют народы Земли. Странно, почему всемирное распространение христианства произошло 16-ть веков спустя… Отбрасывать предание не обязательно. Лучше по научному обыкновению расчленить его, промыть сегменты спиртом, а затем собрать вновь. Срастётся.

МАГУ

В Авесте и на санскрите мага означает «великий, великодушный, либеральный, щедрый». Ригведа спешно закрепила данный эпитет за громовержцем Индрой, чьи дожди обеспечивают богатый урожай. Заратуштра использовал понятие мага в первоначальном значении, от которого отступили авторы Вед. Так пророк называл братство (или содружество), которое соединяло последователей Благой веры; магаван – отдельный член братства. Древнерусская традиция переводила имена магов, поклонившихся Спасителю, с «асурийского языка», обходя их разноплеменность молчанием.
Время разделять народы и время собирать их. Библейское предание о разделении языков не столько стращало, сколько звало к воссозданию единства расы людей. Разрезанному климатическими зонами, религиозными традициями человечеству предстояло стать целым. Примером служит случай из юности Заратуштры, когда тот помог старикам и женщинам перебраться через бурный поток, выстроив из них цепочку. Без взаимоподдержки у людей нет будущего. Хоровод демонстрирует тот же закон; не случайно им воспользуется Иисус, когда станет объяснять ученикам этот вселенский принцип. Одна из первых молитв Заратуштры – дабы Господь помог расширению новообразованного Братства. Пройдут годы, прежде, чем рука пророка соединится с рукой царя Виштаспы, с вереницей его приближенных. Только тогда духовная работа Маз мага (Великого Братства) обретёт требуемую силу, а «наилучшее желание» Заратуштры сбудется.
Люди должны обрастать землёй не посредством силовой экспансии вовне, не по социальной решётке высших-низших, не благодаря профессии. Принцип территориального единения, предложенный Заратуштрой, естествен – потому идеален. Элементарной частицей Братства призван стать надэгоистический источник любви: чета супругов (khaetva), делящая счастье и невзгоды. Семейный союз образует дом (demāna). Дома складывают селение (vīs), заключающее общину-вервь (verezena). Циркульный тип социума порождал градостроительство под стать себе. В степных крепостях XVII-XVI вв. до н.э., вроде Аркаима, жилища семей окружали секторами священный огонь, пылавший в центре.
Селения разрастаются до района (shoithra), районы – до земли (dahyu). Земли скрепляют мир (būmi) и всеобщее братство (airyaman). Только географическое пространство вправе разделять людей, провозглашал этим Заратуштра. К сожалению, последователи фактически свели на нет его идеал общества. Приняв Благую веру, индроиранские служители огня (атраваны) постарались затушевать утопию, нарисованную пророком в гатах. Из позднего слоя Авесты упоминания о Великом братстве исчезают.
Однако это не объясняет отчего магу считались столь опережающе могущественны. Не-иранцы приписывали их исключительные способности волшебству. Активность Заратуштры заиграет другими оттенками, если предположить, что Братство существовало до него. Скорее во времени, чем на едином пространстве. Несмотря на то, что подлинный маг передавал своё искусство лишь единственному наследнику, цепочка не прерывалась в течении многих веков. Братство достигло максимальной степени свободы – сочетаемости индивидуального таланта с интересами сообщества. Реформаторство, точнее, реставрационизм Заратуштры был вызван опасностью разрыва в условиях новой эры. Чем более росло население, чем сильнее смешивались мировоззрения, кристаллизовавшиеся в периоды разделённости, тем менее теократический способ правления годился для поддержания порядка. Его повсеместно сменял государственно-кастовый строй. Но хранение обретённого опыта и продвижение к новому неосуществимы за счёт инерционных механизмов. Сдвиги, подобные созданию языковых структур, переходу к земледелию, или одомашнивание животных под силу организациям, которые знают как зарядить энтузиазмом целые поколения адептов. А энтузиазм несоизмерим с покорностью судьбе или подчинением власти.
Жречество Вавилонии и Ассирии, порядочно отдалившись от вероучения Заратуштры, по-прежнему эксплуатировало название магов, ибо их авторитет стал частью родовой памяти. Пророк Иеремия поминает «начальника магов» Нергал-шар-уцура, вошедшего в Иерусалим с его завоевателем, Навуходоносором II. Ещё во времена Заратуштры «начальник магов» при дворе царя выглядел бы нонсенсом. Царские прерогативы тонули в счастливой полноте власти древних магов, – хварно, – которое унаследовал Заратуштра.
Неясно, сделалось ли его имя нарицательным для царей-священников после кончины зороастра из рода Спитамы или сам пророк уже приобщился к этому чину. В истории Ирана трудно найти период, когда бы преемники «Целительного главы» не оспаривали политическую власть у царствующей династии. Черты жизни зороастров взаимно наслаивались, однако при всём биографическом разнобое, уважительность к имени-чину «зороастр» из греческой философии попала в христианские хроники. Святитель Димитрий Ростовский даже составил пространную притчу о рождении Зороастра: «…когда он родился, то засмеялся, и это вызвало удивление среди людей, так как всем рождающимся в мир сей младенцам свойственно плакать, а он… возвеселился. Придя в возраст, он стал весьма быстроумен, и его считают первым после потопа изобретателем мудрости… На этом Зороастре обнаружилась явно изменчивость жизни и непостоянство человеческого счастья, или фортуны. Смеясь он родился, а умер плача; с веселием вошёл в мир, а вышел из мира с сетованием. Слёз не проливал он при своём рождении, но при кончине своей пролил кровь. Таково в мире сем житие наше! Радостью начинаем, печалью оканчиваем».
На самом деле горькой было не окончание, а середина жизненного пути Заратуштры. Согласно собственному признанию, он был изгнан земляками и проклят родовым союзом.
– В какой земле мне укрыться?.. Как добиться твоей благосклонности, о Мазда-Ахура? – спрашивал он. – Когда же, о Мазда, взойдёт поросль солнца, дабы мир заслужил Ар-Ти, Закон справедливости? Когда явятся могущественные Спасители-Саошьянты? Кому на помощь придут они?
Всякий раз, упираясь в стену отчаяния, Заратуштра отвечал:
– Ко мне придут они. Ибо тобой я избран для завершения истории, Ахура!

ЛУЧШИМ ЛЮДЯМ

Ни одна из древних религий не удостоилась такой благосклонности у христианских богословов, как зороастризм или парсизм, как писали раньше. – Наиболее архаичная часть Авесты представляет чистый монотеизм, однако поздние части явно дуалистичны и содержат много компромиссов с более ранними, по сравнению с реформой Заратуштры верованиями, считал католик Р. Петаццони. Зороастрийское представление о Боге ближе к христианскому, чем какое-либо другое учение Востока, утверждает современный протестантский теолог. Парсы исповедуют единобожие, и многие свойства Ахура-Мазды сходны с атрибутами Иеговы. Далее, правда, автор сетует, что «спасение достигается делами человеческими, а не через веру. Если добрые дела парса перевешивают его пороки и проступки, он может взойти на небеса. Проблема греховности человека, таким образом, остаётся нерешённой, и небеса оказываются населены душами неискупленных грешников». Жаль, одним словом, что Заратуштра не знал лютеранского «спасения верой». Впрочем, неведомо оно и Ветхому Завету, а православие этот сомнительный upgrade не признаёт до сих пор. Современный израильский учёный Дан Шапира определяет зороастризм как «религию в целом монотеистическую, но с элементами дуализма в своей психологии и монотеистическую по своей эсхатологии».
Долгое время востоковеды плясали от установки, что зороастризм – религия, выражавшая массовые чаяния скотоводов Восточного Ирана. Может для зороастризма сие верно, но вот для того, что говорил сам Заратуштра, вряд ли. Пастухи общались между собой на племенных диалектах с несложным лексическим словарём. Поэтому искусственный язык Братства, был во всех смыслах закрыт для непосвящённых, ведь он напоминал асмани, общее наречие людей, животных и птиц, утраченный после исхода из Арианам-Ваэджа. Афоризмы же Заратуштры изощрённо-метафоричны, на фрасанг гоня от себя прямое толкование. Вдобавок, он запретил мирянам произносить-заучивать-читать священные стихи.
Истинных преемников Заратуштры следует отделять от жрецов иранского маздеизма, спекулировавших на имени пророка. Продуктом деятельности самого Заратуштры стала не «готовая» религия, а возвышенная доктрина, доступная пониманию лишь членам Маз мага. Следов ее проникновения в массы верующих в историческое время почти нет. Даже если оно имело место, то длилось от силы 2-3 поколения. Гаты, исходившие из уст Заратуштры, подчас производят странное впечатление. Так, гата Ахунавайти излагает учение столь усеченно-осторожно, как никогда не бывает в первичных священных текстах.
Пророк оставил последователям не законченный корпус, а методику его формирования – путь общения с Ахура-Маздой через Амэша Спэнта, Бессмертных Святых, эманации идущие в мир посредством Святого Духа (Спэнта-Манью). «Семеро единогласных, семеро единовластных», имеющих одного родителя и одного повелителя, Амэша Спэнта, – первообраз ангельской иерархии авраамических религий.
Творений Ахура-Мазды
Они – творцы, создатели,
Создатели и хранители,
И стражи, и покровители.
Благой Разум (Воху-Мана), Лучшая Истина (Аша Вахишта), Святое Благочестие (Спэнта-Армайти), Власть Желанная – без насилия – (Хшатра-Варья), Целость-Целостность (Харватат), Бессмертие (Амэрэтат)… Семь столпов ветхозаветного храма Премудрости, семь даров Святого Духа из Апокалипсиса. Так же как Семь Знаков Большой Медведицы, они до сих пор недостижимы для рода людского в целом.
Их помощи Заратуштра приписывал полученное откровение. Но немногие из «лучших людей», которым пророк адресовал своё «неслыханное ранее слово», оказались способны войти во внутренние покои сознания, где пребывала его мысль. Способ, которым Заратуштра достигал просветления духа неизвестен. Вряд ли пророк уподоблялся тем наследникам, кои ныряли в галлюциногенный транс с грузилом наркотика хаомы. Авестологи давно спорят из чего ж её получали: сок растения эфедра (хвойника), смешанный с молоком, мухоморы, зёрна ячменя, пахучие травы, конопля, белена… К самому Заратуштре это по касательной: он отзывался о хаоме как о мерзком отстое, коим жрецы-карапаны зря морочат людей. Пророк не имитировал чьи-то экстазы. Откровение приходило к нему всякий раз новым путём – не по собственной воле или заведённому ритуалу.

ПРАВОВЕРИЕ

Veh Den – древнейшая мировая религия, в основании которой пророческое откровение, и ещё это древнейшая ортодоксия. А правое вечно отталкивается от левого. Православный богослов и историософ Алексей Хомяков писал, что Заратуштра «не принимает никакого союза с служителями других верований, но преследует их с безусловной враждой и признает богов их началом мрака и зла. Чистая духовность придает его молитвам жизнь и силу, чуждые брахманству». Хомяков прекрасно ощутил противопоставление древней Благой веры, от имени которой выступил пророк, искажениям современной ему эпохи.
С этой верой пророка связывало не только духовное родство, но прямая инициатическая преемственность. Ещё раз повторим, что «Заратуштра», скорее всего – не имя собственное, а религиозный титул, указывающий на высшую ступень посвящения. Посвящения, доступного далеко не каждому, и представлявшего абсолютную ценность для тех из племенных вождей, кто не забыл древнюю славу Братства. Например, для Кавия Виштаспы, ставшего, в конце концов, соратником пророка.
– …Ты давно обещал открыть настоящий смысл твоего имени, Заратуштра. Без этого между нами не может быть полного доверия, – произнёс правитель Дрангинаны.
После чудесного исцеления пророка, царь Виштаспа освободил его, но слишком много противников нажил Заратуштра своими проповедями. Сменив веру, народ Дрангинаны не избежит конфронтации с соседями хьяона. Если Спитама Заратуштра послан небесными патронами царства, он найдёт нужные слова, чтобы убедить потомка Кавиев.
Пророк приблизился к Каи Виштаспе ровно настолько, чтоб можно было говорить, в уши не подданных, а царя. Он ждал этой минуты и готовился к любой реакции. Сказанное до того – предварение, Виштаспа ещё не постиг всего ужаса ситуации:
– Вот слова, которые Ахура-Мазда передаёт тебе, потомок Кавиев. Ты сам просил о том, значит, не скажешь, что не слышал, переходя посмертно через мост Чинвад и в последний день Фрашо-кэрэти. Господь желает, чтобы думал ты по вере, говорил по вере и действовал по ней. Знай же, что твои предки, Кьянианы, заступившие на место династии Пешдадинов в правлении Ираном, подменили власть Закона властью Силы. Спендармат, душа Матери Земли, безуспешно взывала к чёрствым сердцам. Высшее средь созданий, харизма, сильное Кавиев Хварно отвернулось. Поэтому нет сейчас отваги в твоём сердце. Отлетает Хварно от тех, кто поклоняется зловерным дэвам.
– Но дэвам покланяются все арии, Спитама.
– Тот, кто покланяется им, не может быть airya, «благородным», «прямым в помыслах», ибо дэвы гнусны по природе, как их властелин Анхра-Манью, отец лжи. Дэвы суть страсти, свёрнутые внутри, но искажающие лицо творения: Араска-зависть, Заурва-старость, Варэна-похоть, Ази-жадность, клевета-Спазга. Из-за того, что люди дают им волю, позволено Анхра-Манью мучить Землю бичом холода, Зэмаки.
– Кому же по-твоему следует приносить жертвы-заотра, о Спитама? – спокойно спросил царь.
– Ты верно изумишься, о Кавий, но жертвы требуются людям больше, чем богам. Без них мы теряем с теми связь. Для чего великому Творцу заклания ни в чём неповинных животных? Кровопролитие не облегчает, а усложняет долю. Если и стоит правоверному ашвану, приносить жертву, то Тиштри, белому коню, прогоняющему плешивого коня, засуху-Апаошу. Великолепную звезду Тиштри Ахура создал как видимый образ своего промысла. Взирая на неё отправляют ему молитвы и восхваления. Её свет связывает неурожай, вражду племён, злобных жрецов-карапанов, колдунов-йагу, ведьм-паирика и всех неверных друджвантов – отродье Кривды. Отблеск Тиштри озаряет моё имя, которое в действительности означает не «владелец старого верблюда», а «золотая Тиштри». Теперь ты знаешь его, о Виштаспа. Позволь мне взять тебя за руку, чтобы я мог назвать и твоё имя.
Кавий и Спитама вышли из-под навеса. Осеннее равноденствие миновало и, отыскивая Тиштри, они развернулись к южной стороне небосклона.
– Тиштри имеет спутника, который возглавляет созвездия юга, – пророк указал вначале на альфу Большого Пса, Сириус, а затем его рука описала небольшую дугу, остановившись на другой яркой звезде. – Её зовут Сатаваэса, «обладающая силой ста мужей». Она распоряжается дождями, несущимися от Тиштри. Поэтому наши имена всегда станут упоминать вместе.
Некоторое время они стояли молча. Затем, не отворачиваясь от южного склона неба, царь произнёс:
– Я испытывал тебя, о Заратуштра, ибо давно уже отрёкся в душе от Айшмы и других дэвов. Обещаю, что избавлю Благую Веру от оков. Она засияет так, как сияют наши звёзды – недосягаемо, несокрушимо, неизменно.

ФРАШО-КЭРЭТИ

– Да будет, повелитель. Когда замысел Творца о вселенной, меног, осуществился, явился гетиг, воплощённая вселенная и начался отсчёт времени. Произошло разделение между светом и тьмой – война в небесах. Помимо блестящей Тиштри, таятся там и очи Анхро-Манью, невидимые поглотители света. Но как среди звёзд скрываются чёрные провалы-друдж, так и среди видимых планет, вызывающих нечистые страсти, есть одна благая. Она – источник Хварно Кавиев, – Маз Мага знали о гиперсатурнианских планетах, в том числе об Уране, генераторе «царской благодати».
Религию зороастризма наполняют имена существ и сущностей, которые принято считать божествами. Даже если допустить, что это позднейшая абберация, постигшая весь комплекс Благой веры, дыма без огня не бывает. В том и дело, что всё, включая священную субстанцию огня, представало в учении пророка живым. Жёсткой связки между концепцией механической вселенной и монотеизмом нет. Каждый делает свои выводы. Выводы европейской элиты Нового времени, изначально монотеистической, христианской, привели её сперва к позитивизму, а затем к отказу от единобожия в пользу новых идолов, – «человека», «прогресса», «науки», «комфорта»… Нарекая же сотворённые сущности, Заратуштра с одной стороны не обожествлял их, с другой – не прекращал считать одухотворёнными: святыми либо скверными. Обстоятельство, не позволяющее заподозрить Заратуштру в малейшей уступке пантеизму, простое: так называемые «божества» Veh Den напрочь лишены сексуальной функции, они ничего не производят вне замысла верховного Творца. Чувствуется разница с шумерскими, египетскими, индийскими, греко-римскими и им подобными богами?
Как же, в таком случае, быть с Анхро-Манью и навязшим в зубах «дуализмом» Заратуштры? Ведя борьбу с Ахура-Маздой на равных, Дух зла, казалось бы, оттеняет тот факт, что благое начало не всемогуще. Здесь следует разделить этику с метафизикой. Первая всецело ориентирована на человеческое восприятие, а именно от нравственного выбора зависит во многом исход борьбы. Призывая к священной войне, Заратуштра наделял людей ответственностью, которая принадлежала ранее лишь богам, героям и магическим властелинам. Ахура благ не оттого, что он создал мир, а оттого, что даровал свободу выбора между Спэнта-Манью, Духом согласия, и Духом розни. Трудно поверить, но идея человека-соратника, соработника Бога, была впервые провозглашена за XVII столетий до Христа. Заратуштра противоречив как любой жизнеутверждающий учитель – ведь противоречия таились не в нём, а в тех, кто ему внимал. Введённая Заратуштрой этическая триада, – «добрые мысли, добрые речи, добрые дела», – актуальна до сих пор. Возвращаясь к метафизике, достаточно задуматься вот над чем: если, как настаивают интерпретаторы-дуалисты, Анхро-Манью равносилен, откуда известно, что Ахура-Мазда всё же победит его?
Нет ничего более далекого от истины, чем считать Заратуштру апологетом существования в мире зла. Да, он соотносил добро со злом, но, в отличие от мыслителей Европы, не уравнивал их. Зло для Заратуштры патология, а не часть исходной матрицы.
Пророк учил о трёх эрах. Первая из них, Творение, ознаменовалась овеществлением вселенной по воле Ахуры. Нападением Анхра-Манью открылась вторая, текущая эра Смешения, когда в мире происходят все нарушения меног, вплоть до их исчерпания. Рождение самого Заратуштры несёт семя заключительной эры, Разделения, в которой добро вновь отделится от зла и божественный порядок Ар-Ти будет восстановлен.
После исхода с северной прародины, арийские племена во многом утратили земледельческие навыки, сталкиваясь с другими народами и друг другом, понуждаясь к войне. Возврат к земледелию – необходимый шаг в реставрации изначального райского бытия: «Корень веры... хлебопашество; кто возделывает хлеб, тот возделывает Правду, питает веру, – внушал Заратуштра. – Когда появляется зерно, дэвы потеют; когда появляется мельница, дэвы приходят в смятение; когда появляется мука, дэвы начинают вопить; когда появляется хлеб, дэвы пугаются ещё больше». Увязывая проблему голода с бессмертием, пророк растолковывал, что она неразрешима с помощью агрессии и прочих насильственных методов.
Бесспорно, Благая вера разделяла. Столкнувшийся с ней делал выбор. Там, где победа оставалась за пророком и царём, на возвышенностях загорался священный огонь. Знак изначальной благости творения. Огонь Фробак был восстановлен в Хварезме и на горе Рошан в Кабулистане. Огонь Гушасп основан в алтаре огня у горы Аснаванд.
Хотя с обращением к Veh Den, его народ постоянно находился на военном положении, Виштаспа верил в будущее. Ароматные крылья хварно трепетали над его челом.
– Когда зародыш тела человека образуется в материнской утробе, в него вселяется душа из духовного мира. Она управляет телом при жизни, а по смерти, когда тело смешивается с землёй, душа снова возвращается в мир духовный, – сказанное сейчас, это рассуждение пророка показалось Виштаспе странным.
Уже несколько лет их войско двигалось по намеченному маршруту, очерчивая замысловатую территорию, зажигая огни-доминанты. Оставалось вернуть к жизни огонь Бурзенмихр на алтаре горы Реванд.
– Эту гряду назовут твоим именем, о Кавий. Все три огня составят единое тело огня Вахрам. Вместе с ними там пребудут земной огонь и три хварно.
К ним мчался гонец. Бежавшим было князьям кочевников-туров удалось сколотить новую армию с помощью родственных кланов и теперь они спешили взять реванш. Туры находились на расстоянии примерно 30-ти хатр, чуть больше дневного перехода. Прощаясь с Заратуштрой, царь не подозревал, что последний раз видит его эвенаг, тело, связанным с живой душой, гиан, и сознанием-бод.
Старый враг пророка, Брат-реш Тур, с небольшим отрядом пробрался в тыл и напал на шатры иранцев глубокой ночью. Пророк не смыкал глаз, готовясь утром зажечь священный огонь. Он был настолько погружён в молитву, что туранец не рискнул зайти спереди. Вонзив меч в спину Заратуштры, в следующий миг убийца был сражён охраной. Дальше произошло нечто, повергшее в трепет очевидцев. Смертельно раненный пророк начертил в воздухе знак и прошептал ограждающее заклинание. Теперь никто не дерзал приближаться к нему. Заратуштра поднялся на вершину жертвенника и встал в его центре. Обступившие алтарь магу были ослеплены вспышкой, пересёкшей небо от предрассветных звёзд до алтаря, где тотчас вспыхнул огонь.
Никто не видел скрюченных сухожилий, лупящейся кожи, но магу отчётливо запомнили последние гаты. Заратуштра пел о нескольких, несвязанных на первый взгляд, вещах: о Деве-Источнике, победившей Блудницу, о зачатии от божественной воли бессмертного Спасителя-Саошьянта, о грядущем воскрешении, когда кость подберётся к кости и на них нарастёт плоть, очищенная от друджа. Саошьянт родится в неверном пока народе, который скоро уже будет просвещён Veh Den.
Вне контекста зороастризма невозможно объяснить одинокое пророчество о Деве в 7-й главе Исайи. Второисайя превозносит монотеизм над дуализмом, пользуясь фразеологическими оборотами и синтаксическими конструкциями Заратуштры. Беспрецедентное в Ветхом Завете преклонение перед Киром Великим, «орлом с Востока», ниспосланном небесами мессией, свидетельствует об иранском источнике вдохновения иудейских пророков. Уже цитированный Дан Шапира доказывает, что зороастризм передал свою идею воскрешения некоторым религиозным течениям иудеев, которых персы освободили от вавилонского пленения. Носителями этой идеи стали, в частности, фарисеи, чье название, вероятно, означает «персофилы». Схватка Правды с Кривдой отразилась в эсхатологии другой секты, ессеев*.
* См. с.??? [Предтеча]
…Когда Спаситель появится, завещал Заратуштра, магу должны передать ему слово в слово: «Никаким другим образом не восторжествовала бы Ар-Ти, если бы ты не пришёл. Никак иначе не смешалось бы вышнее с нижним, и не разделилось бы после, если бы ты не пришёл. Не тогда исполнится служба, когда посылают раба, но когда сам господин берётся за дело. Ибо так следует обмануть Обманщика».

ОСНОВНАЯ ЛИТЕРАТУРА

Авеста: Избранные гимны. Из Видевдата/ пер. И.М. Стеблин-Каменского. М., 1993; Авеста в русских переводах (1861-1996)/ сост. И.В. Рака. СПб., 1997; Бобров А.Г. Апокрифическое «Сказание Афродитиана» в литературе и книжности Древней Руси. СПб., 1994; Бойс М. Зороастрийцы: верования и обычаи. СПб., 1994; Бонгард-Левин Г.М., Грантовский Э.А. От Скифии до Индии. М., 1974; Дубровина Т., Ласкарева Е. Заратустра. М., 1999; Зороастрийские тексты/ изд.подг. О.М. Чунаковой. М., 1997; Истрин В.М. Хроника Иоанна Малалы в славянском переводе. М., 1994; Лелеков Л.А. Авеста в современной науке. М., 1992; Хомяков А.С. Сочинения в 2-х томах. Т. 1. Работы по историософии. М., 1994; Ambartsumian A. Newly Discovered Armenian Parable on Zarathushtra's Laughter// Ushta: A Zoroastrian Studies Publication. Bombay, 2000. Vol. XXI. № 2. June; Pettazoni R. La religione di Zarathustra nella storia religiosa dell’Iran. Bologna, 1920.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments